Символизм заголовка прост: один игрок не обладает ничем, кроме креста и двенадцати апостолов, а другой, наоборот, ворочает бюджетом с двенадцатью нулями, но влияние его на умы равно нулю, стоит только выйти за пределы избирательных технологий. По одну сторону стола находится патриарх Русской православной церкви, по другую – президент и премьер России. Каждый из них обладает тем, что остро недостает визави. От былой сервильности священнослужителя, который в памяти народной раболепно застыл перед властью в позе «чего изволите-с?», почти не осталось и следа.

Новый патриарх Кирилл окружил себя эффективными «менеджерами» в рясах. Ни деловым азартом, ни трезвым пониманием стратегии игры они не уступают своим коллегам из администрации президента. На Старой площади об этом хорошо знают и недолюбливают патриарха, но вынуждены произносить дежурные любезности по поводу духовности и нравственности.

Весьма показательным примером может послужить торжественное открытие православного храма на Рублевке, которое прошло 5 июля в подмосковном селе Усово в присутствии Владимира Путина. «Сейчас отношения между церковью и государством отличаются особой сердечностью. Мы не только возвращаем церкви то, что было незаконно отторгнуто от нее после 1917 года, мы строим новые храмы», – сказал премьер.

Строительство храмового комплекса в самом элитном районе страны финансировала компания «Роснефть». Видимо, по этой причине на торжестве присутствовал и вице-премьер Игорь Сечин, курирующий в правительстве топливно-энергетический комплекс.
Источник в администрации президента утверждает, что эта широко прорекламированная акция, по сути, была ответом В. Путина на завуалированное требование патриарха поделиться с церковью национальными богатствами. В частности, ему приписываются такие слова: «Церковь как полноценная часть общества имеет право на часть сырьевых доходов, чтобы не ходить с протянутой рукой».